 |
| Montenegro. |
Номера
Все эти песни меня уже не цепляют. Раньше нажимала на «воспроизведение» и знала, что вот тут будет больно, вот на этом треке буду улыбаться, тут просто нахлынут воспоминания. А теперь… Музыка по папкам - именам исполнителей, годам выпуска альбомов. Теперь это не ассоциируется с людьми.
Может, переболела, не знаю. Переболела людьми. Раньше боялась некоторых встреч. Не хотела слышать некоторые голоса в телефонной трубке. И не смотрела на лица прохожих, в которых не хотела узнавать некоторых людей. Теперь лирика – на ночь, что-нибудь драйвовое – с утра. Днём – под настроение.
И, наверное, это неправильно, связывать людей и музыку в единое целое. Любимых надо узнавать по шагам, по дыханию, по прикосновениям, а не по мелодии, поставленной конкретно на какого-то человека.
Не цепляют общие фотографии. Вот в этой папке- …, в этой - …, в этой - …. И я не расчленяю снимки людей, которые мне когда-то были дороги. Это было, значит, оно того стоило. Это было счастливое время, раз мы так лучезарно улыбались. Ну и пусть, что я удалила это всё – зато я удалила всё целиком, до конца, без вырезанных кусочков себя. Просто в памяти это – навсегда, а жёсткий диск заполнен до отказа.
И не надо ставить на заставку рабочего стола тех, кого больше не будет рядом. Смысл?
И я не помню номеров. И не запоминаю. Люди имеют свойство пропадать. Из сердца. Из памяти.
И все нити с ними уже оборваны, не с чего начинать сначала. Незачем. Великолепно.
Может, переболела, не знаю. Переболела людьми. Раньше боялась некоторых встреч. Не хотела слышать некоторые голоса в телефонной трубке. И не смотрела на лица прохожих, в которых не хотела узнавать некоторых людей. Теперь лирика – на ночь, что-нибудь драйвовое – с утра. Днём – под настроение.
И, наверное, это неправильно, связывать людей и музыку в единое целое. Любимых надо узнавать по шагам, по дыханию, по прикосновениям, а не по мелодии, поставленной конкретно на какого-то человека.
Не цепляют общие фотографии. Вот в этой папке- …, в этой - …, в этой - …. И я не расчленяю снимки людей, которые мне когда-то были дороги. Это было, значит, оно того стоило. Это было счастливое время, раз мы так лучезарно улыбались. Ну и пусть, что я удалила это всё – зато я удалила всё целиком, до конца, без вырезанных кусочков себя. Просто в памяти это – навсегда, а жёсткий диск заполнен до отказа.
И не надо ставить на заставку рабочего стола тех, кого больше не будет рядом. Смысл?
И я не помню номеров. И не запоминаю. Люди имеют свойство пропадать. Из сердца. Из памяти.
И все нити с ними уже оборваны, не с чего начинать сначала. Незачем. Великолепно.
