каждый влюблялся в горький сырой ноябрь, в белый, как свет на той стороне тоннеля, в жёлтые листья, в дождь с ароматом яблок, каждый влюблялся, ждал и во что-то верил; верил и ждал от осени потрясения, счастья, сюрпризов, но не дрянной погоды.
мне бы ноябрь, любовь и чуть-чуть везенья, чтобы на месяц, век, на все эти годы точно хватило, день этот переплюнуть.
только как крошки — снег и мои удачи; я всё спешу от осени до июня, чтобы кому-то дать для чего-то сдачи.
я всё спешу — успеть бы и перепрыгнуть, жизнь проскочить на красный свет светофора.
я забываю дни, забываю имя, сердце не замирает, взлетает штора.
ветер бумажки с силой толкает к полу, с клёна усердно-скучно срывает листья; ветер как ветер: сила, надежда, воля.
я закрываю окна
судорожно и быстро.
с жаром ладонь к ладони… мне очень зябко, вот бы забыть слова… здесь всё очень зыбко.
вылить всю память каплями, без остатка, лишь бы не видеть осень с твоей улыбкой.
ну, до свидания, до… до любви.
исчезни.
глупая я, поверила в совпаденья, ты остаёшься лучшим, я где-то между
ветра и ливня снова теряю время.
поезд гремит, без жалости к опоздавшим — он улетает, ждать оставляет завтра.
станет ли лучше?
мне почему-то страшно, мне почему-то кажется: очень вряд ли.
тихий ноябрь похож на взрывную бочку, омут, в котором тридцать чертей и тина.
лето, останься, дай мне свою отсрочку, осень — предатель, слишком влюбилась в зимы.
кеды промокли, глупость — держать в них август.
это ноябрь, и дни у него пустые.
осень не просит и не даёт отвагу, здесь выживают лучшие — это ты, и…
просто вернись сегодня моим знакомым.
lapsus calami — это была описка.
я на латыни тихо шепчу: «vos amo»; мы далеко, безумье безумно близко.
нас разрывает мир за закрытой дверью; взгляд сине-карий… просто тебе я рада.
всё хорошо, ты веришь?
сама не верю.
только сегодня, знаешь, люблю ноябрь.
