Когда мы говорим, что скучаем по каким-то местам, по какому-то городу, это не совсем правда. На самом деле мы скучаем по людям, которых там встретили, по тем, с кем там были счастливы, а особенно по самим себе в то время, в том месте...

When we say that we miss some places, according to some city, this is not entirely true. In fact, we miss the people there met by those with whom there were happy, especially for ourselves at the time, in that place ...

апельсиновый кот в бергамотовый грот
уходил на закате весеннего дня.
улыбался во весь свой оранжевый рот,
ледяными усами тихонько звеня.
теплый запах корицы, имбирная вязь, 
кардамон и анис уходили в хвосте...
апельсиновый кот проходил мимо вас?
это значит - пора ждать хороших вестей. :)

(с)

по старой карточке таксофонной, в кармане джинсов ее найдя,
звоню тебе в город, в котором спорно присутствие вымышленной тебя,
звоню тебе. в трубке гудки и шелест. но я придумываю, что ты
ерошишь челку и слышишь через все расстояния, все порты,
как я тут, давясь накипевшей пеной, тебя все спрашиваю: скажи,
как там в твоем городе? обыкновенно? не стали там по-другому жить?
i used to know... ani ragila... я, да, привыкла уже не ждать -
но все-таки, все это правда было и правда с нами? в каких годах?
в каких городах и в каких дорогах, мы путались, тщились сложить в одно
все то, что тебе было добрым богом, все то, что мне было не дано -
по старой карточке таксофонной, твой номер вызубренный до дыр
вбиваю в город устало-сонный, слезящийся словно гусиный жир,
текущий - нет, не млоком и медом - текущий болью из рваных вен -
и мне отвечают: в начале года отсюда съехал ваш абонент.

(с) Марта Яковлева

«Хорошие фотографы, как воспитанные дети, — их видно, но не слышно. Мир совсем другой, когда смотришь на него через видоискатель».   
Хельмут Ньютон

"Good photographers as educated children - they can be seen but not heard. A completely different world when you look at it through the viewfinder."
Helmut Newton

я пишу тебе из стран, о которых ты никогда не узнаешь из выпусков новостей. океан между нами такие сковали льды, что, пожалуй, и вовсе не стоило строить стен. ни зацепки для памяти – зеркало, тишь да гладь, засмотревшись, оступишься – холодом обожжет… нынче время такое – не помнить и не желать, не тревожить полночными песнями верных жен. здесь другие порядки, причудлив чужой язык, в его говоре тонешь и сладко идти на дно, так из мира домой возвращается блудный сын, так целующий женщину полон ее вином. рассказать не сумею – нельзя передать того, что дарует свободу не ждать от других беды. здесь равны и земля, и движение темных вод, здесь равны до конца времен и огонь, и дым. только в этом краю отныне ищи меня, не сверни с дороги на перепутье лет. ибо даже дыма не было без огня, а вода всегда стремилась к своей земле. только в этом краю, сумев объяснить себе, для чего этот путь, ведущий из года в год, мы с тобой достучимся однажды до тех небес, у которых ни горизонта, ни берегов.

я пишу тебе письма из стран, о которых ты никогда не узнаешь из выпусков новостей.
я сижу на песке, над миром восходит дым.
когда вспыхнет солнце, останется только текст.
© Кот Басё

наступает весна, неизбежно идет сюда, время солнца и боли, и медленной ломки льда – так в стеклянное крошево бьется весной душа, что не выжить становится главным, а не мешать. все теплей и теплей льется мед из небесных сот, каждый желтый цветок раскрывается сотней солнц, в каждом солнце сгорает один из бумажных дней, календарь на исходе и, знаешь, иного нет. рассказать бы кому-нибудь, как это все болит, как весна забирает последнюю часть земли, как такой наполняет жизнью, таким огнем, что уже никуда не спрячешься от нее. утаить бы последнее, скрыть поскорее в снег, заморозить, спасти, никогда не отдать весне, сохранить эту нежность, идущую сквозь меня, от свободы весенней да от ее огня. но теплей и теплей льется мед из небесных сот. каждый желтый цветок раскрывается сотней солнц. в каждом солнце сгорает один из бумажных дней.
календарь на исходе и, знаешь, иного нет.

© Кот Басё

Ок Мельникова

Все важные фразы должны быть тихими,
Все фото с родными всегда нерезкие.
Самые странные люди всегда великие,
А причины для счастья всегда невеские.
Самое честное слышишь на кухне ночью,
Ведь если о чувствах - не по телефону,
А если уж плакать, так выть по-волчьи,
Чтоб тоскливым эхом на полрайона.
Любимые песни - все хриплым голосом,
Все стихи любимые - неизвестные.
Все наглые люди всегда ничтожества,
А все близкие люди всегда не местные.
Все важные встречи всегда случайные.
Самые верные подданные - предатели,
Цирковые клоуны - все печальные,
А упрямые скептики - все мечтатели.
Если дом уютный - не замок точно,
А квартирка старенькая в Одессе.
Если с кем связаться - навеки, прочно.
Пусть сейчас не так всё, но ты надейся.
Да, сейчас иначе, но верь: мы сбудемся,
Если уж менять, так всю жизнь по-новому.
То, что самое важное, не забудется,
Гениальные мысли всегда бредовые.
Кто ненужных вычеркнул, те свободные,
Нужно отпускать, с кем вы слишком разные.
Ведь, если настроение не новогоднее,

Значит точно не с теми празднуешь

Вся Вселенная является сценой, на которой вы танцуете, и ваша душа хореограф этого танца. Попробуйте почувствовать, что любое действие, которое вы совершаете самое прекрасное действие, самый красивый танец, потому что вы танцуете со всей Вселенной. Ни о чем не сожалейте. Прощайте все. Выражайте вашу сущность. Позвольте вашему сердцу вести вас, безо всяких ограничений, правил и страха.

Йоги Бхаджан

The whole universe is the stage on which you dance, and your soul of the dance choreographer. Try to feel that any action that you make the most perfect action, the most beautiful dance because you are dancing with the entire universe. Nothing to regret. Goodbye all. Express your essence. Let your heart guide you, without any restrictions, rules and fear. 

Yogi Bhajan

Иосиф Бродский

Когда так много позади
Всего, в особенности - горя,
Поддержки чьей-нибудь не жди,
Сядь в поезд, высадись у моря.
Оно обширнее. Оно
И глубже. Это превосходство -
Не слишком радостное. Но
Уж если чувствовать сиротство,
то лучше в тех местах, чей вид
волнует, нежели язвит.

Октябрь 1969 г. Гурзуф.

NY

под утро город причудлив, как сон Дали. дома плывут, как темные корабли, фонари мерцают из-под земли, вырастают в ряд, поднимаются выше крыш и горят, горят. мы идем сквозь лучи цветные, внутри изогнутого стекла. ты забираешь то, что я тебе отдала, такие у нас дела, а по сути, нас соединяет с изнанки бессонный час. и так прошивает накрепко – весенним воздухом, в ровный шов ложится все, и нам становится хорошо, и город нам подошел, и сплелись пути. ты знаешь каждую улочку – так веди. а я буду тебя держаться и говорить. о том, как теперь уже не порвется нить, о том, как внутри звенит, если так смотреть, о том, как ты побеждаешь любую смерть. у нас не было рек иных, кроме времени и вина, мы погружались в них и всегда достигали дна, они были желанны так, как желанна жизнь.

мы идем. нам светят звезды и этажи.

© Кот Басё